Печать

ГАРРИ БАРДИН: «МЫ ДОЛЖНЫ ДУМАТЬ О ВЕЧНОМ»

«Чтения на 60-й параллели» принесли сургутянам немало встреч с популярными творческими людьми. Одна из них прошла в центральной городской библиотеке им. А.С.Пушкина с режиссером-мультипликатором Гарри Бардиным.

В 1974 году артист Бардин совместно с Василием Ливановым сочинил пьесу «Дон Жуан» и был приглашен Сергеем Образцовым в качестве режиссера-постановщика в Московский кукольный театр. Спустя год Гарри Бардин начал работать режиссером-мультипликатором на киностудии «Союзмультфильм», где за 15 лет снял 15 фильмов, отмеченных многочисленными призами как на родине, так и за рубежом.

В его багаже - четыре «Ники», «Золотая пальмовая ветвь» Каннского фестиваля и масса других призов. Гарри Бардин - признанный экспериментатор в российской мультипликации, который использует для создания своих фильмов различную технику и материалы. Это и спички в «Конфликте», и веревка в «Браке», проволока в «Выкрутасах» и бумага в «Адажио». В 1991 году Гарри Бардин вместе со своей группой основал собственную студию «Стайер», где и работает по сей день.

Последние успехи известного аниматора связаны с симпатичным персонажем Чуча. Этот друг малышей, сделанный из обыкновенной подушки, удостоился целой трилогии.

Для участников встречи Гарри Бардин привез свежий мультфильм «Гадкий утенок».

- Судя по вашему послужному списку, вы большой экспериментатор. Скажите, как вы определяете технику исполнения «Гадкого утенка»?

- Откровенно говоря, это сложная техника: это и куклы, и пластилин, и плоская марионетка. Мне удалось совместить три разные технологии, но это не для того, чтобы выпендриться. Таковы условия сегодняшней драматургии.

Музыка к фильму - Петра Чайковского. Записью фонограммы горжусь по праву, потому что она принадлежит мне, но сделана не мною, сделана Национальным филармоническим оркестром под управлением Володи Спивакова. Сыграно гениально. О вокальном наложении - там спели Хор Михаила Турецкого, солистка оркестра Володи Спивакова - Светлана Степченко. Володя Кочан и Юлия Рутберг. В общем, хорошая компания спела на стихи Юлия Кима.

- Гарри Яковлевич, как вы относитесь к такому современному явлению - российский мультипликационный блокбастер?

- В свое время Сергей Владимирович Образцов очень хорошо сказал: «Никогда не нужно стремиться быть модным. Нужно быть самим собой, а тогда станут уже моду считывать с тебя, если это будет талантливо». Я никогда не пытался быть модным, остаюсь верным самому себе.

Что касается вашего вопроса, я, с одной стороны, приветствую, что у нас появились такие большие объемы мультипликации. Другое дело, что можно говорить о качестве. В мультипликации для меня все время существует дефицит идей. В техниках дефицита нет, и каждый старается сделать свою особинку, и это получается.

Меня немножко корежит, во-первых, вот это насилие над народом по идеологическим соображениям. А второе, сами изобразительные решения - стараются в американской упаковке подать и русскую идею. Этакое смешение французского с нижегородским.

- Много лет назад, по-моему, в начале 90-х вам предложили работать в Голливуде. Почему вы отказались поработать в студии Уолта Диснея?

- Я надеюсь, наш разговор не слышит моя жена, потому что вы становитесь на ее позицию, что я не так поступил, что не подумал о семье. Так вот, я действительно, подумал о себе, о сохранении себя как «боевой единицы». Если бы я согласился на предложение президента студии Уолта Диснея, я по гроб жизни делал бы сериалы, где бы одна тварь гонялась за другой и никак ее сожрать не могла. Я в 1992 году снял «Кота в сапогах» - это фильм о русской ментальности, 3d который мне не стыдно, который снискал много призов.

Потом я снял трилогию «Чу-ча», за которую тоже мне не стыдно. И потом я снял «Адажио», достаточно для меня программный фильм. Я там бы этого не снял.

- Вы говорите про поиск нового языка и противопоставляете той мейнстрим-голливудской продукции, которая сейчас идет в России и, допустим, за рубежом. Есть ощущение, что кто-то еще, кроме вас, умеет говорить на этом новом языке? В России есть рынок для вашей стилистики?

- Востребован ли?.. Скажите, а что, наши зрители дурнее французов? Нет. Почему во Франции в кинотеатрах шли шесть программ моих фильмов, шли успешно, собирались полные залы, - почему вы думаете, что в России их не поймут? Поймут и понимают.

Более того, я могу сказать, я испытывал гордость, когда приезжал куда-нибудь в Улан-Удэ, где, конечно, никто не знает меня в лицо, и фамилия моя ни о чем не говорит, но когда говоришь языком героев «Летучего корабля», все меня узнают. Потому что они необычностью своей запомнились, зрительская память держит это.

- Гарри Яковлевич, скажите, для кого вы снимаете фильмы: для себя или для зрителя?

- Я не работаю для всего зрителя. Я не хочу, чтобы меня все любили, я хочу, чтобы меня любили те, кого люблю я. Я хочу, чтобы меня понимали мои собеседники, умные зрители, душевные, с юмором. Вот это мои единомышленники, и я хочу быть ими понят. Если я понят ими, то и слава богу.

- Это обязательно - уметь режиссеру-мультипликатору рисовать? Или его задача -придумать идею, сценарий, а потом нанял художников и специалистов, чтобы они воплотили его замысел?

- Вообще, любому режиссеру, я имею в виду не только анимацию, прежде всего надо думать. Это главное, чему научить невозможно. Можно научить ремеслу, но вот фантазировать, думать и выстраивать в голове весь изобразительный ряд, музыкальный ряд, репличный, это все придумать и продумать...

Весь фильм сначала должен выстроиться в голове. Потом этот фильм нужно рассказать своим коллегам, увлечь их идеей, затем увлечь музыкантов. Потому что всегда, когда записывается музыка, ты рассказываешь музыкантам содержание эпизода, увлекаешь их - и тогда получаешь в ответ абсолютно нестандартную музыку, она одухотворена этим контактом с музыкантами.

- Сейчас многие фильмы в России делаются под момент, под то, что сейчас думают в обществе. Вам играть интересно, в эту лузу?

- Вы знаете, если вы видели «Кота в сапогах», то там это есть. Есть наша ментальность, когда мы ждем гуманитарной помощи и ни черта не делаем, сидим у сломанного трактора, трескаем водку. Потом она прилетает, герой получает кота в мешке, и он дает ему все, а взамен получает хамство. Это я немножко предвосхитил Джорджа Сороса как кота в сапогах который прилетел с гуманитарной помощью и был выдворен из России с проклятьями и плевками вслед. Через много лет он как бы это повторил - значит, я попал в точку. Это ментальность, которая соответствует действительности.

Говорить о сегодняшних проблемах? Ну, как бы мультипликация не склонна... «Утром в газете - вечером в куплете» - это не для нас. Я однажды на этом обжегся, потому что пытался сделать пародию на программу «Время», и уже мы вылепили фигуры, и там были и Язов, и Горбачев, и Ельцин, и должен был вести Володя Молчанов. Губенко был, в ту пору министр культуры. Все похожие фигуры сделаны моими коллегами.

Но пока они делали, я написал один сценарий - мы посмеялись, а время идет. Я переписал сценарий, мы опять посмеялись, и я понял: так мы будем смеяться бесконечно, а зрители смеяться не будут. Пока мы снимем, пройдет время, и это не наше дело. Вот «Куклы», которые были в свое время на НТВ, - это да, это возможно. Мультипликация должна говорить о вечном.

Олег Ермолаев,
Сургутская трибуна, 2011г., 2 апреля, № 59 , с. 8