Печать
Категория: СМИ о Герое нашего времени
Просмотров: 2857
В рамках проекта «Большое чтение на 60-й параллели. Герой нашего времени» две творческие встречи с сургутянами провел в Центральной городской библиотеке Леонид МЛЕЧИН, писатель и журналист, теле-ведущий и политический обозреватель. Леонид Млечин окончил журфак МГУ, работал в «Известиях» и 20 лет на федеральном телеканале. В настоящее время ведет авторскую программу «Документальное кино с Леонидом Млечиным» на канале ТВЦ.
- «Я далек от мысли, что я знаю что-то такое, чего не знаете вы, но с большим удовольствием я готов побеседовать с вами», – с такими словами Леонид  Михайлович обратился к сургутской аудитории. Обе встречи прошли при полном аншлаге – неравнодушных сургутян интересовало мнение известного документалиста и политолога о текущих событиях на Украине, о прошлом и настоящем нашей страны. Два с лишним часа пролетели как один миг, и на следующий день повторилось то же самое: слушатели не отпускали оратора, задавая ему все новые и новые вопросы. Но после очередного двухчасового марафона со слушателями Леонид Михайлович любезно согласился встретиться и с журналистами. 
- Леонид Михайлович, расскажите о себе. Кем были ваши родители?
– Я вырос в семье журналистов, где работа не прекращалась никогда, – рассказывает Леонид Михайлович. – В моем окружении люди постоянно говорили о работе, наверное, поэтому вопрос о выборе моей будущей профессии у меня не стоял: я журналист в третьем поколении. У меня был замечательный дедушка, Владимир Михайлович Млечин, который обладал необыкновенным даром вести разговор с человеком любого возраста, любого социального положения. Я очень любил слушать его рассказы: мы часто гуляли вместе, и я самозабвенно впитывал всё, что дед рассказывал мне про Гражданскую войну, в которой он принимал участие, про свою длинную, трудную жизнь. Под влиянием моих детских и юношеских воспоминаний я мечтал стать сначала военным, потом историком, но журналистика взяла верх. 
- Ваша супруга Ольга Ивановна Дерюгина –  она ваша коллега и соратник?
– Она мой начальник! Как раз она-то и является профессиональным историком: некоторое время работала в Институте марксизма-ленинизма и изучала рукописи Маркса. Наши профессиональные и личные  отношения очень тесно переплетены, но это нисколько не мешает нам быть счастливыми в браке вот уже более 20 лет. Моя работа и моя жизнь – эти понятия неотделимы друг от друга. В будни, праздники или выходные дни – неважно, в ежедневных  разговорах мы постоянно возвращаемся к нашей профессии. 
- Как вы выбираете героев своих книг?
– Иногда меня просят написать про кого-то. Так, например, в издательстве «Молодая гвардия» однажды меня попросили написать про Надежду Крупскую, жену вождя мирового пролетариата. Сначала я удивился и подумал: неужели это кому-то будет интересно? Но когда занялся работой над книгой, мне самому стало интересно. 
- Вы много писали о женщинах во власти (А. Коллонтай, И. Арманд, Е. Фур-цева). Место ли «прекрасной половине» в жестком мире политики?
– Не думаю, чтобы так сильно голова женщины, рожденной быть политиком, отличается от головы мужчины, тоже рожденного быть политиком. Не сказал бы, что устройство мозгов Ангелы Меркель или Кандолизы Райз сильно отличается от любых великолепно устроенных мужских мозгов.
- Многие герои ваших книг считаются отрицательными персонажами в истории. Почему такой выбор? 
– Это не зависит от меня! В политике чаще всего добиваются успеха люди, которые по чисто человеческим меркам не самые лучшие. А причина в том, что им приходится принимать решения зачастую очень несимпатичные. Это как многоступенчатая ракета: по мере взлета сбрасываются отработанные ступени, так и политик, поднимаясь по своей карьерной лестнице, сбрасывает отработанный «пласт» – свою старую команду. В обычной жизни это считается предательством, а в политической жизни – это необходимость. Политик должен уметь врать, и это, наверное, самое невинное, что  ему приходится делать. Поэтому когда берешься писать о крупных фигурах политической жизни, нужно быть готовым и к этому. Хотя иногда встречаются симпатичные люди даже в политике, и я о них с  удовольствием  рассказываю. 
- Сейчас много различной исторической и псевдоисторической литературы. Существует ли такое понятие, как историческая истина, и если да, то, может быть, стоит ввести некую цензуру? 
– Слово «цензура» чудовищное: не может быть никаких убедительных обоснований для существования цензуры. Что касается исторической истины, я всегда в таких случаях представляю себе одну простую вещь: никто не сможет воспроизвести свою жизнь абсолютно точно и поминутно даже в течение получаса – ни один человек! Поэтому воспроизвести можно не всё, что произошло в течение какого-то исторического периода, а лишь самое главное. Это вопрос профессионализма человека, который этим занимается. Если человек охвачен желанием что-то доказать уже известное, то он не годится для этого, потому что нужен человек, который хочет выяснить, как это было. Конечно, у каждого есть свой взгляд – что-то нравится, что-то не нравится, но нужно выяснить, как это было на самом деле, и стараться изложить всё это максимально точно. 
- Есть такое мнение, что про Степана Бандеру нет ни одной объективной исторической книги: о нем пишут либо только, что он был законченный фашист, либо панегирики. Вы согласны?
– Правильным я считаю то, что я про него написал (смеется). Но объективно о нем пишут маловато, пожалуй. Когда работал над книгой «Судьба Украины», выяснил, что мы сегодня располагаем большим массивом рассекреченных документов нашей Госбезопасности, и они позволяют увидеть много правды. Здесь опять же играет большую роль субъективный взгляд исследователя. Лично мне не нравится Степан Андреевич Бандера, но я пишу книгу не для того, чтобы выразить свою нелюбовь, а для того, чтобы понять, как все происходило и что он был за человек. 
- После того, как на ТВЦ прошли ваши документальные фильмы «Красный монах» и «Наследник престола» о Ким Ир Сене и Ким Чен Ире, северокорейские власти официально приговорили вас к смертной казни. Вам было страшно?
– В принципе, на своей территории иностранцев я не боюсь, но дело в том, что Северной Корее приписывается ряд преступлений в других странах, совершенных её агентами. Поэтому Правительство РФ отнеслось достаточно серьезно – после выхода этого заявления меня попросили некоторое время не появляться дома, а Посла Северной Кореи вызвали в Министерство иностранных дел, и ему было четко сказано, что если с нашим журналистом что-то случится, будем считать, что в этом виновны вы, даже если его сдует ветер. После этого они притихли, но путь в Северную Корею теперь для меня закрыт. 
- Часто бывает подобное?
- Нет, ведь я работаю с мертвым «клиентом». Только живой «клиент» преподносит все время сюрпризы, и ты не можешь предугадать всех поворотов его политической карьеры и взглядов. Когда человек уже закончил свой политический путь, ты располагаешь возможностью наиболее точно и адекватно о нем судить. Поэтому я действительно предпочитаю писать о тех, кто завершил свою политическую карьеру, прежде всего, потому, чтобы быть максимально объективным. Я никогда не привожу в своих исследованиях неподтвержденных фактов и не даю субъективных оценок. Наверное, поэтому и не было больше таких ситуаций. 
- Вы много  ездите по стране, каковы ваши впечатления от уровня жизни людей в глубинке – намного ли он отличается от столичного?
– Столица очень сильно отличается от провинции своими возможностями. И это беда страны. Я сам коренной москвич, но я совершенно не против того, чтобы в Москву приезжали люди из других уголков России. Но если все приедут в Москву, то жизнь в стране закончится. Страна должна развиваться так, чтобы не было необходимости приезжать в столицу для хорошей и нормальной жизни. Недавно я был в Иркутске, и мне там сказали, что каждый год становится одним кварталом меньше, потому что вся молодежь уезжает: все движутся хотя бы немножко на запад – в тот же Новосибирск, Питер или в Москву. Молодое поколение покидает родные места, поскольку там нет возможности для самореализации.
- Вы верите в светлое будущее России?
– Когда-то это обязательно произойдет, но в мировые лидеры мы уже не выйдем никогда, потому что нас всего 140 миллионов – в Индонезии живет больше! У нас огромная страна, которую освоить очень трудно, тем более, что, по большому счету, мы очень мало для этого делаем. Мне бы хотелось, чтобы уровень жизни наших соотечественников был высоким, чтобы мы могли хвастаться перед мировым сообществом своим здравоохранением, пенсионным обеспечением – этого было бы вполне достаточно.
Барканова, И. Леонид Млечин: «Моя жизнь – это работа» / И Барканова //
Сургутские ведомости. – 2014. - № 17. - 3 мая. – С. 23.